Ветхий Завет, составляющий первую и наибольшую по объему часть Библии - очень неординарная книга. Когда мы думаем и говорим о священных книгах, об Откровении или откровениях, мы в первую очередь представляем себе именно Ветхий Завет. Но библейское откровение отнюдь не абстрактно,- каждая его страница наполнена невыдуманной жизнью, историей отношений конкретных людей с Богом, и потому Ветхий Завет часто оказывается несравненно интереснее любых его толкований. Именно поэтому Ветхий Завет веками служил неисчерпаемым источником сюжетов и примеров для художников, литераторов, проповедников - и при этом оставался малоизвестным <широкому читателю>: слишком много в нем непонятного, чужого, (по крайней мере, на первый взгляд), слишком много усилий нужно для того, чтобы увидеть в Ветхом Завете историю любви Бога и человека.
Тем не менее, Ветхий Завет - исторический документ. Речь в нем идет о реальных событиях, о которых мы знаем и из иных, <независимых> источников и о том, как жили, страдали, размышляли реальные люди. Глубина постижения Бога, себя и собственной жизни, отраженная в этой истории, не может не поражать. Но и там, где от исторической хроники Ветхий Завет переходит к притче или использует язык высокого мифа, он не перестает быть документом, отражающим реальность человеческой жизни. Именно этим, быть может, и объясняется влияние, которое он оказывает на человечество. Не в том дело, что Ветхий Завет предлагает <более правильный> путь или <более правильные> нормативы жизни, а в том, что жизнь, о которой он говорит - настоящая.